"За кладом" :: Год 2014

Конец сезона…



Пролог



Сейчас, глубокой зимней ночью, когда за окном давно погасли огни, метет вьюга, а дома все, включая моего кота, видят десятые сны, я хочу начать свое повествование о двух последних выездах две тысячи четырнадцатого года. Эти выезды я специально объединил в одну главу, поскольку каждый из них стал частью закрытия сезона.




Ноябрь



Валун



Ноябрь выдался суетным. Много времени стала отнимать дача – надо было привести ее в маломальский порядок после долгого отсутствия хозяйской руки. Именно поэтому сначала мне хочется рассказать о «базе».




Впрочем, нет. Не так



Это занимательное приключение началось чуть-чуть позже того момента, когда наша сонная компания, преодолев достаточное расстояние, появилась на дачном участке. И началось оно с огромного валуна посреди огорода. Об этот легендарный камушек ледникового периода местный тракторист три года кряду ломал и гнул лемеха своего старенького плуга. Картина была бы не полной, не вспомни я старого анекдота про то, как советские космонавты при помощи лома и «какой-то матери» вдребезги разнесли пол марса, да еще марсианам наваляли. Конечно, мы не были космонавтами, возможно именно по этой причине так никому навалять не удалось, но вот жители окрестных дач надолго запомнили новые идиоматические выражения, исходящие от нашего квартета.




Итак…



Солнечное теплое осеннее утро. Птички поют, ветерок не беспокоит, поскольку спит в только ему известном укромном местечке. Небо голубое, березки в золоте… Куда ни глянь, в общем, сплошная идиллия, которую нарушает лишь огромная, вырытая мною за неделю до поездки аккурат посреди огорода яма. А в яме… Правильно! Тот самый валун, упомянутый мною выше. И все бы ничего, только «камушек» из той ямы кровь из носу достать надо. Тракторист не справился с поставленной задачей – то ли руки подвели, то ли желание улетучилось. Так или иначе, ничего он сделать не смог.

Картина маслом, как говорится, – гармония, дисгармония, да мы вчетвером. Почему вчетвером? Да просто Серега, наслушавшись наших рассказов, согласился именно сегодня примерить на себя рубаху кладоискателя и присоединился к нашей лихой троице. Ну а я, в свою очередь, перед поисками уговорил всех помочь справиться с «небольшим камушком». Вот и стоим мы – менеджер, строитель, художник да физик – возле ямы, да, созерцая валун, чешем затылки: он то, гад, здоровый. Поди, полста пудов, ежели не больше.

Сначала Серега предложил разжечь костер, а после залить раскалившуюся каменюку студеной водой, дабы он растрескался и развалился, но сие предложение было сразу отринуто, поскольку каменюка нужен был целый да невредимый. Зачем? Сад камней слышали? Вот. В крайнем случае, как украшение на клумбу сойдет, если я его туда, к клумбе, в дальнейшем, допру.

Мучились долго. Димка даже шпалу где-то раздобыл да дрын пятиметровый у соседей одолжил. Вы полагаете, что это решило все наши проблемы? Конечно, нет! Они только начались. И вот когда силы наши кончились, когда самая последняя теоретическая мысль, растоптанная суровой практикой да неподъемным весом, завывая и поджав хвост, в панике забилась под дачное крыльцо, на нас снизошло озарение. Мы модернизировали систему подъема камня.

Блоки? – спросите вы. К черту блоки!. Камень и обвязать-то толком не удалось из-за специфической формы.

Пока тройка, костяком которой естественно являлся Димка, матерясь, орудовала огромным сосновым рычагом, четвертый (а мы трое, в отличие от незаменимого Димы, постоянно менялись) подкладывал под приподнятый край валуна небольшие поленья, опустошая дровник у сарая. Валун ворочался и изо всех сил противился нашим действиям, но нехотя, сантиметр за сантиметром поднимался к поверхности земли.

Апогеем происходящего была сцена, когда мы, подобно бурлакам, вцепившись в канат, выволокли камушек на твердь земную. В смысле, на поверхность, теряя остатки сил, вытянули. Не знаю, сколько при этом бурлаков в гробах перевернулось, но мы выполнили эту непосильную задачу.

Операция по подъему валуна заняла время аккурат до обеда. Естественно, помимо прочего она отняла практически и все силы. С трудом мне удалось убедить ребят выехать на соседнее поле, где некогда, еще на заре советского времени, находилось несколько хуторов.




Хутора



Отъехали недалеко, около двух с лишним километров. Сначала по разбитой дороге, а после и вовсе по бездорожью. У меня душа кровью обливалась, когда я слышал, как ветки скребли по антикоррозийному покрытию днища. В итоге мы приехали на место и спрятали машину за большой скирдой соломы. Быстро переоделись, снарядились, подарили дедушке пару денежных купюр и вышли в поле. На поиски отправились так: Серега с Димкой, и я с братом.

Судя по тому, что Серега все время активно копал, Димка решил начать с азов и показать ему все тяготы и лишения нашего хобби со своей точки зрения. Кстати, в тот день Сергею так и не довелось походить с МД, но эта маленькая недоработка желания стать кладоискателем у него не убавила.

Мы с Игорем, как всегда, работали по очереди, с тем лишь отличием, что чаще автоматически стали пользоваться наставлениями тезки, это сразу же увеличило охватываемую площадь, качество и результативность поиска.

Первый сигнал подарил нам старую гильзу.

– Гансовская, – констатировал брат и протянул гильзу мне. Гильза была вытянутой и изъеденной удобрениями. Последнее, кстати, не помешало ей отправиться в нашу сумку для находок.

К слову будет сказать, с собой у нас сегодня был минимум снаряжения, основное находилось недалеко, в машине. Я в который раз убеждаюсь в том, что наличие «передвижной базы» очень удобно.

Нам попадалось очень много ржавого металла, на который практически не обращали внимания. Лишь изредка, когда возникали сомнения, мы проверяли себя, тренируя знания и чутье.

– Тезка говорил, что лучше копать крупные «черные» и любые «цветные» сигналы, –произнес я, рассматривая очередную пробку, – и кольца.

– Оно и понятно, – отозвался брат, проверяя очередной цветной сигнал.

– Лопата эта просто замечательная, – высказал я удовлетворенность покупкой, которой, кстати, недавно уже выкопал небезызвестную яму вокруг валуна.

Новый штыковой фишкарь действительно оказался на высоте и в поле давал фору всему нашему предыдущему инструменту, с легкостью за раз выворачивая на поверхность значительные куски земли.

– Ну-ка, копни тут, – Игорь отцентрировал хороший цветной сигнал и через минуту мы вертели в руках практически полностью сгнившую пулю от крупнокалиберного пулемета.

Следующей находкой оказался осколок чугунного горшка. Знаете, когда я держу в руках такую находку, сознание рисует странные вещи. Безусловно – это, картины прошлого, где вокруг находки происходят бытовые сцены. Например, этот осколок – часть целого чугунка и в нем хозяйка варит картошку, вокруг бегают дети, пахнет дымком, а на горячей побеленной печи, свернувшись клубком, спит кот. Ну а если речь идет о черепках, то иногда они рассказывают, как и кто и когда их делал, что в них хранилось, и иногда я словно слышу звон монет, которые касались такой находки. Поверьте, это очень интересно. Ты как бы переносишься сквозь время и пространство в другой мир. К сожалению, бывает, что находки «молчат» или не желают поведать свою историю, и тогда мне кажется, что я не прикладываю достаточно усилий, чтобы «услышать» предмет.

Где черепок, там и другой, так часто бывает. Походив немного вокруг, мы нашли еще один. На этом все мечты и закончились – так горшок целиком собрать и не удалось, зато метрах в двадцати удалось найти изъеденную временем и химией старую десятикопеечную монету. Пусть она и не подлежала восстановлению, радости нашей не было предела.

Вскоре наш маршрут пересекся с маршрутом Димки и Сереги.

– Как рытье окопов? – пошутил я, – у нас десять копеек и всякая мелочь.

– У нас тоже, – ответил Серега, – карданный вал.

– Неплохо-неплохо, – похвалил брат, – я давно заметил, если все это не выбрасывать, то трактор с прицепом мы бы уже точно собрали.

– Только пальца нам не хватает для полного счастья, – резюмировал Димка.

– Какого такого пальца? – удивился Сергей.

– Помнишь фильм про Фому? – Димка сделал паузу, – где он мужику палец сломал трактором? Ну же. Помнишь фразу «Сунь палец!»?

– Это где он прицеп тянул? – Серега облегченно вздохнул, фильм он помнил. – Так бы сразу и сказал. Я бы, может, тоже свой палец сунул.

И все засмеялись.

После этого разговора мы выдвинулись в направлении машины. К концу часа, а именно столько, навскидку, длился этот выезд, удача нам саркастически улыбалась еще несколько раз, и каждая такая ее улыбка превращалась в очередную водочную пробку.




Палец



Традиционный перерыв на обед у машины, чтобы перекусить и поделиться впечатлениями, рассмотреть находки. Как без него?

Димка с Серегой нашли несколько железнодорожных костылей, пару гильз и пулю. Что касается наших с братом находок, то их вы уже знаете.

– А это что за железяка? – Серега указал на блестящий металлический стержень сантиметров двадцати длиной и примерно двух с половиной в диаметре; к одному из его концов был приварен десятисантиметровый кусок арматуры.

– А это и есть тот самый палец, – задумчиво произнес Димка.

– Вот и говори после этого, что мысль не материальна, – заметил я. – Следующий раз разговариваем сугубо о бочонках, набитых золотом.

– Ага. Четыре бочонка с золотом, – обрадовался Серега, а Димка тут же, смеясь, добавил: Каждому!




Вечер



Вечером мы все собрались у Сереги за чаем. Там, за приятной беседой, мы долго обсуждали сегодняшний день и свои впечатления.

Мне показалось или Серега загорелся и его глаза заблестели? Время покажет. По крайней мере, в следующий раз Димка пообещал дать ему в руки не только лопату, но и МД.

Вот так мы закрыли сезон 2014 года первый раз.




Декабрь



В этой главе я расскажу о том, как мы закрыли сезон 2014 года второй раз.




Понедельник



На дворе стояли морозы, от которых мы прятались по домам, смирившись с тем, что придется ждать нескорого приходa весны. Все наше оборудование было вычищено, упаковано и, даже спрятано на антресоли. Время текло вяло, настроение отсутствовало напрочь.

В один из серых дней проснулся мой телефон.

– Тезка, здоров, – прозвучал в трубке знакомый голос.

– Здорово-здорово, – ответил я.

– Есть пара интересных мест, – голос стал заговорщицким.

– Каких-таких мест? – переспросил я.

– Пара деревенек…

Деревни меня заинтересовали, сознание сразу начало генерировать варианты, и я решил уточнить: Чердачный поиск?

– Есть чердачный, есть просто места в лесу, – Андрей, а голос принадлежал именно тезке, немного помолчал, – летом мы туда попросту не дошли из-за болота и комаров.

– Лес, наверное, неинтересен сейчас, – я вспомнил свою недавнюю неудачную попытку воткнуть лопату в замерзшую землю на даче, – там же не земля сейчас, а сплошной железобетон.

– Это ты зря, – Андрей был настойчив, – под снегом, под толстым слоем снега есть еще листья и вот под ними уже вполне мягкая земля.

– Даже не знаю… – мне было совсем лениво проверять, какая на самом деле земля в лесу вод снегом, да и чердаки интересовали сильнее. Особенно после недавнего просмотра тематического видео.

– В общем, поехали на выходных, – тезка помолчал и после недлинной паузы добавил, – я проработаю точки.

– Вы обычной кампанией? – поинтересовался я.

– Скорее всего, нет. Возможно, с Дианой, а возможно, и я один, – тезка снова сделал паузу. – А вы?

– Я пока не знаю. Буду обзванивать. Сам только за, – согласился я, – ближе к выходным созвонимся.




Четверг



К вечеру четверга правдами и неправдами мне удалось уговорить ехать Димку и брата, а Андрей скинул мне точки маршрута. Серега, к сожалению, не смог к нам присоединиться – заболел гриппом.




Пятница. Вечер



Я, как всегда, собрался, все подготовил. Из оборудования, помимо поинтера и терки, решил взять с собой нож да штыковую лопату, оставив саперную лопатку, совок и прочее дома. Щуп, как оказалось, забыл на даче вместе с рамками. Подготовил термос и отправился спать в ожидании утра. Если не подготовиться с вечера, то потом, в утренней спешке, можно забыть что-нибудь очень важное, а это на выезде непростительно.

– Привет, у меня не получится, – голос в разбудившей меня ночным звонком трубке очень напоминал голос тезки. Впрочем, это и был Андрей, просто я еще не успел проснуться, чтобы осознать сей факт.

– Плохо, – сквозь сон пробормотал я.

-– К сожалению, это так, – грустно произнес Андрей, – расскажешь, как съездили.

– Угу, – буркнуло мое тело и провалилось сквозь подушку в мир грез искать встречи с Мастером Сновидений.




Суббота. Раннее утро



Очень сложно просыпаться ранним зимним утром, когда за покрытым изысканным морозным узором стеклом окна идет снег. И не просто просыпаться. А просыпаться с мыслью о том, что надо ехать куда-то в неизвестность, за тридевять земель. Пусть даже все сокровища мира будут лежать прямо у меня под ногами. Хоть я и не барон Мюнхгаузен, но все же взял себя в руки, взял почти за шиворот и… И силой заволок в душ…

Глаза временно открылись.

Все сокровища мира, говорите? Поехали!

Джип с тремя сонными, просыпавшимися от света встречных фар баронами помчался сквозь вьюгу в кромешную темноту навстречу новым приключениям.

До первой точки оставалось почти два часа пути.




Утро



– Олень! – Димка резко показал куда-то в сторону, отчего мне сразу захотелось свернуть и одновременно посмотреть, куда показывал Димка.

– Сам ты олень! – не выдержал я, – убьемся ко всем чертям.

– Вон тебе еще один, деревянный, – я кивнул головой в сторону заботливо выдолбленного из двух бревен чьей-то явно нетрезвой рукой животного.

– Да там настоящий, живой стоял, – Дима размахнулся руками в сторону, чем снова чуть не спровоцировал ДТП.

– Где олень? – на заднем сиденье проснулся брат.

– Еще один… – с досадой сказал я, – вокруг! – И добавил, – спи, еще километров сорок до места.




Первая точка



Дорога давно уже перестала быть идеальной – яма на яме. А вскоре мы и вовсе свернули в лес. Проезжая мимо огромного дуба со старой скамейкой под ним, я думал, что было бы неплохо тут все прозвонить, но явно пробок будет тьма тьмущая.

Вскоре лесная дорога незаметно растворилась среди деревьев и, если можно было как-то выбраться из этого заснеженного места, то только по своим же следам. Но разве может такая мелочь остановить нас? Конечно же, нет.

– Напротив того места, где мы съехали с дороги, какой-то памятник был, – Игорь достал рюкзак из багажника.

– По дороге этих памятников штук пять, – Дима задумался, мысленно что-то подсчитывая, и через несколько секунд поправил себя, – или шесть.

– И главный – оленю. Хотя, раз есть памятники, значит место не простое, – я огляделся. Повсюду искрилось серебром пышное зимнее покрывало. А тишина? Ее звон изредка прерывался треском деревьев.

– От мороза трещат, – резюмировал я.

– Угу, – брат надел перчатки, – что-то прохладно.

– Чайку выпей, – я показал на мешок с термосом.

До места, отмеченного координатами, было метров двадцать. Мы настроили прибор и первый же сигнал оказался четким и цветным… Брат взял в руки лопату и со всей силы вонзил в землю. Ну как вонзил… Попытался. Возмущенная таким отношением лопата звонко звякнула и отскочила.

– Вот и покопали, – с досадой произнес наблюдавший за нами Димка.

Тем временем Игорь не оставлял попыток выкопать источник цветного сигнала. Он встал на лопату и попытался попрыгать на ней, на что последняя издала странный звук, чем-то напоминавший звон лопающегося полотна пилы, изогнулась и… после того, как брат спрыгнул, приняла прежнюю форму.

– Ничего себе, – удивился он, – не знал, что лопата так может.

– Вот тебе и штыковой фишкарь, – я осмотрел легкие царапины на замерзшей земле и посоветовал, – брось дурное, пойдем посмотрим, как в лесу пойдет. Там снег и трава.

Тем временем Димка уже достаточно далеко удалился от нас, и мы слышали с той стороны лишь писк аськи, звон лопаты, да изредка мат.

– Надеюсь, Димон взял на вооружение советы тезки, – прислушиваясь к звукам, предположил я.

– Надейся, – улыбнулся брат.

Терка в руках Игоря задумчиво пискнула, и он отцентрировал место: Тут.

Я аккуратно отвернул лопатой пласт снега, затем мох и… Случилось чудо: лопата достаточно легко вошла в землю. Через секунду мы рассматривали ржавый осколок с острыми неровными краями.

– На ощупь теплой кажется, – я трогал рукой землю.

Следующими нашими находками оказались еще осколки, кованый гвоздь и немецкая гильза.

В целом, копать можно было лишь там, где земля была закрыта слоем мха и снега. На дороге и других открытых участках лопатой можно было при желании лишь высекать искры.

Ничего дельного кроме гильзы на этом месте мы больше не нашли. Зато Дима приволок расколотое топорище, чугунный осколок от горшка, проржавевшую на нет чашку и кучу странных, но уверенно звеневших цветом, мелочей.

– Я там фундамент нашел, – скромно заявил наш друг.

– Ну мог бы и позвать, – одновременно воскликнули мы.

– Да там все бито-перебито, – Дима повертел в руках топорище, – вот оно, например, просто на дереве висело. До нас тут уже народа было пруд пруди.

– Ладно. Поехали тогда дальше, – я посмотрел на лист с координатами, – тут недалече еще несколько мест есть.

– Давайте вокруг дуба прозвоним! – Дима, когда мы практически выехали из лесу, указал на уже знакомое нам огромное дерево. – А вдруг?




«Вдруг»…



К сожалению никаких неожиданностей судьба нам не преподнесла. Учитывая старую скамейку, все было достаточно прозаично и предсказуемо. Культурный пласт состоял сплошь из пробок, битого стекла да мусора и наглядно показывал результат спаивания нашего народа.




Штаб партизанской бригады



Мы выдвинулись ко второй точке, находящейся в непроходимых болотах, что раскинулись по ту сторону от асфальтовой дороги. Проехав с десяток метров, после съезда на очередную лесную дорогу мы буквально уткнулись в огромный щит, на котором было написано, что в этих гиблых заболоченных местах находился штаб одной из партизанских бригад.

Проехав еще метров сто, мы остановились у поляны, заваленной свежеспиленными стволами старых деревьев. В воздухе стоял запах смолы, хвои, мороза и свежевыпавшего снега. Еще полсотни метров и я снова остановил джип, но теперь уже перед большой ямой – дальше проехать можно было только на вездеходе. Видимо, разбитая колея впереди как раз такому транспорту и принадлежала.

Справа и слева от места нашей вынужденной стоянки раскинулось бескрайнее болото. Низкорослые березки, блестевшие от тонкого слоя снега. Крупные высокие кочки с покрытой инеем замерзшей осокой, издали напоминавшие собой лохматые белые шары. Заледеневшие изломанные столбы старых, давно превратившихся в труху деревьев тут и там дополняли окружающую картину, придавая ей мрачные тона. Голые заснеженные островки короткой травы обманывали своей мнимой твердью, под ними наверняка не было дна. Кое где и вовсе виднелись небольшие окна чистого льда да заросли высохшего рогоза…

– Красота какая, – произнес Дима и спрыгнул с дороги прямо на ближайшую кочку, от чего та моментально растеряла весь свой иней, превратившись во взъерошенного и скрюченного под неимоверной тяжестью гнома, – сфотографируйте-ка меня!

– Люди на болоте… – я посмотрел на кочку, – а если бы ты сейчас нырнул?

– Не нырнул бы, – Димка перепрыгнул на соседнюю кочку, от чего снег на ней разлетелся ярким искристым облаком, – тут все основательно подмерзло.

Фотосессия выдалась великолепной, но надо было хотя бы попытаться найти деревню. Поэтому мы поехали искать объезд или просто другую дорогу. По пути встретили машину с охотниками. Мужики явно приняли нас за своих, дружественно помигали фарами и помахали нам. Мы в долгу не остались.

Первый объезд закончился еще одной вырубленной поляной, зато второй после нескольких километров растворился в сказочном лесу. Лес действительно был сказочный и чем-то напоминал мультфильм про 12 месяцев – именно поэтому я не буду его описывать, чтобы не обмануть вас и не испортить впечатления себе.

Итак, дорога закончилась, мы остановились и решили ради спортивного интереса попробовать прозвонить местность вокруг, а после перекусить и уже сытыми ехать домой.

Димка отправился искать блиндажи, коими, как мне показалось, он начал бредить, а мы просто пошли в сторону – где-то глубоко внутри возникло желание усесться в кресло-качалку, разжечь огонь и созерцать окружавшую нас идеальную красоту.

– Багульник, я посмотрел на поляну, заросшую растениями с характерным запахом, – бабушка им моль травила. Ну и в таком месте лучше долго не находиться.

– Это еще почему? – поинтересовался Игорь.

– Потеряешь сознание и поминай, как звали, – я промолчал, – в лучшем случае отравление заработаешь, а если заснешь, то точно тю-тю… Но, скорее это летом, не сейчас…




Стоянка «партизана»



У большого трухлявого пня терка издала четкий «цветной» сигнал. Через минуту перед нами лежала старая водочная пробка, а еще через метр мы нашли пивную.

– Да уж, – задумчиво произнес Игорь, – сел на пенек, выпил водочки, запил пивком…

– Ага…, и все это под банку тушенки, – добавил я, вытаскивая из мерзлой земли ржавую железяку.

– Прямо какая-то партизанская стоянка, – брат огляделся, – вокруг болото, лес непроходимый. Пень…

– Похоже, что кто-то приходил на места боевой славы, помянуть товарищей, – я задумался, а Игорь добавил: Ага, или вспомнить боевое прошлое. Интересно находить даже такие находки.

Я согласился.




Обед



Сначала мы пытались докричаться до Димы, но попытка оказалась неудачной: то ли заснеженный лес заглушал наши крики, то ли друг был сильно увлечен поисками. Рации? Возможно, Дима и слышал, что его вызывали, а возможно и нет. Телефон в этом месте не брал. Что ж, не впервой – сам вернется. Наверное.

Чай оказался крепким. А само чаепитие запомнилось достижением ощущения какой-то кристальной чистоты и гармонии с природой, пониманием чего-то высокого и всеобъемлющего. Надо почаще выбираться подальше от людей. Просто… Просто попить чай вне времени.

– Поговаривают, что в таком состоянии люди и переходят из мира в мир, сказал я и налил брату еще дымящегося напитка.

Вернувшийся Димка ненадолго испортил идиллию своими рассказами, но после первой же чашки быстро уловил наше с Игорем состояние и присоединился к созерцанию истины.




Эпилог



Мы великолепно провели и закрыли сезон 2014 года!






Powered by php | Kalyaked by RIP