"За кладом" :: Год 2014

Шестое апреля



Эпиграф:

И камень лежа мхом обрастает.





Утренние зайцы



Думаю, не стоит в который раз описывать дорогу, утренний холод и желание поскорей добраться до места поиска. Подобные повествования зачастую срываются в сонную рутину, скрашенную обсуждением последних новостей, кручением баранки под музыку, медленно проплывающими пейзажами, на которые водителю лучше не отвлекаться, и изредка матом, без коего на наших дорогах уж точно делать нечего.

Так или иначе, мы добрались до первой точки нашего маршрута. Остановились у реденького дощатого заборчика, окрашенного некогда зеленой краской, теперь практически облупившейся и выгоревшей. Заборчик, точнее, то, что от него осталось, окружал небольшое деревенское кладбище с маленькой, накренившейся чуть влево, часовенкой посередине. Судя по покосившимся черным надгробным камням со странными рисунками и неразборчивыми надписями, кладбище было очень – старым, что само по себе подогревало наш интерес. Конечно, чуть поодаль были и кресты, и относительно свежие могилы, но именно они нас совершенно не интересовали.

Рядом с тем местом, где мы остановились, недавно горела трава, поэтому мы с Игорем наскоро окопали машину, предварительно уничтожив все ближайшие костерки и источники даже легкого дыма. После проделанной работы на душе стало спокойней.

– На вот, заказал на интернет-аукционе, – брат достал из рюкзака сумку для ношения на ноге и протянул мне, – удобная, Maxpedition.

– Освоил аукцион? – поинтересовался я.

– Да не очень, просто у нас раза в три дороже. На работе коллега разбирается, вот и попросил его. Тут их продают больше, чем по сто долларов за штуку, а там дешевле пятидесяти. Бизнес по-нашему, мать их, – брат застегнул лямку на ноге. – Так что и сэкономил, и выгоду получил, и тебе пригодится.

Сумка оказалась очень удобной и даже налезла на мою далеко не спортивную фигуру – я как раз думал, что же мне такое приспособить для находок. Что касается Игоря, то сумку он использовал вместо барсетки. В нее, сверх документов и кошелька, помещалась еще уйма всяких необходимых и полезных вещей.

Вбив в GPS телефона координаты первого хутора, мы, попрыгав и удостоверившись, что все снаряжение упаковано хорошо, ничто не звенит и не болтается, перешли через асфальтовую дорогу и двинулись по тропинке вдоль поля.

Первое, что бросилось нам в глаза, был табун – а иначе и не назовешь – радостно скачущих зайцев. Зайцы прыгали, делали свечи в воздухе, кувыркались, пинали друг друга, кувыркались – в общем, вели себя отвязано, как могут вести себя только зайцы, скачущие табуном. К слову сказать, они так были заняты собой, что будь у меня ружье вместо фотоаппарата, перестрелял бы всех без особого труда, тем более, что недавно как раз довелось потренироваться в стрельбе по тарелочкам в одном из загородных клубов. Непрестанно фотографируя, мы подошли к косым практически вплотную, прежде чем те нас заметили и подобно сусликам, замерли, встав на задние лапы и навострив уши. Естественно, чтобы не спугнуть зверьков, нам пришлось застыть. Любуясь удивительным зрелищем, мы боялись лишний раз вздохнуть.

Вскоре ушастые поняли, что опасаться нас не стоит, и ринулись всей гурьбой сначала вправо к близлежащему болотцу, а затем дальше через поле, в лес. А мы еще долго фотографировали их удаляющиеся пятки да хвосты.

Пригревало солнышко, но мы еще долго делились впечатлениями, скрашивая разговорами нелегкий путь по пересеченной местности.

Только ради таких моментов иногда следует вырываться из опостылевшей бетонной коробки и унылой повседневности, ведь увидеть такое чудо вживую, своими глазами – дорогого стоит.




По исчезнувшим хуторам



На месте первого хутора распростерся самый настоящий «лунный ландшафт». Судя по свежим не закопанным ямкам, буквально за несколько дней до нас тут побывали нерадивые кладоискатели. Руки бы им за такое оторвать, ведь совершенно не сложно сделать пару-тройку движений ногой или лопатой, чтобы закопать за собой «лунку». Так ведь нет – вывернули ком земли, нашли бесполезную, ненужную вещь, какой-нибудь мусор, да, например, сгнившую железяку, или, скажем, пробку, да так и оставили все.

Позор таким горе-копателям.

Как известно, «выбитых» полей не бывает, поэтому мы остановились, собрали приборы и по традиции сделали подарок Земляному Дедушке.

Утренним воздухом в поле не надышаться. Особенно после утонувшего в сизом смоге, смердящего заводами и транспортом города. Не спешите начинать поиски, осмотритесь, насладитесь мгновением.

Первые находки не заставили себя долго ждать. Прекрасные цветные сигналы – и вот у нас в руках пара первоклассных кованых гвоздей и играющая желтизной на солнце водочная пробка.

Оба наших прибора все время показывали цветной металл. Чуть поодаль от гвоздей стали попадаться странные пластины, дававшие четкий «цветной сигнал. В конце концов нам просто надоело их выкапывать и мы начали медленно двигаться в сторону второго хутора.

Ценных находок первый хутор не принес никаких. И я не думаю, что виной тому, мягко сказать, «камрады», побывавшие тут незадолго до нас, ведь судя по тем находкам, что валялись у не закопанных ямок, работали они с «плеткой», и удача им вовсе не улыбалась. Лично у меня сложилось впечатление, что на этом месте жила семья алкоголиков, беспробудно «квасившая» день и ночь напролет.

На месте второго хутора нас также ждал серый «лунный ландшафт». Что поделать, кто раньше встал, того и тапочки, но не закапывать за собой ямки – непростительная халатность, признак непрофессионализма. По мере возможности мы с братом закапывали чужие ямки – с нас не убудет, а дедушка оценит да отблагодарит когда-нибудь: он уважает достойное отношение к делу и любовь к земле.

«Терка» издала четкий сигнал, и вот после нескольких минут перебирания земли я держу в руках маленькую, грязную, но от этого не менее интересную нашу с братом первую свинцовую пломбу. Правда, ее состояние не позволяет разобрать ровным счетом ничего и, тем не менее, маленький кусочек свинца после тщательного изучения отправляется в сумку.

Кстати, на ремешок сумки очень удобно оказалось крепить поинтер.

Игорь, аккуратно пройдя по свежей лесопосадке, не задевая маленькие, сантиметров пятнадцати в высоту, елочки, нашел небольшой изогнутый ключик с крупным, немного раздавленным, кольцом-головкой.

Вот это находка! Пусть ключик и не золотой, но как же интересно держать у себя в руке кусочек истории. Возможно, им закрывалась шкатулка с бабушкиными украшениями. Нет, нет, лучше ларец с драгоценностями… А может… К сожалению, в этот раз ключик не захотел нам о себе ничего «рассказать», но мы обязательно попытаемся «разговорить» его дома.

Увы, рядом не оказалось ни шкатулки, ни ларца, ни даже простенького замочка – ровным счетом ничего. Возможно, нашу находку когда-то просто обронили.

– «Потеряшка», – подытожил брат.

С третьим хутором дела обстояли несколько хуже. Судя по данным спутника, он находился сразу за узким ручьем с болотистыми берегами. Ледяная корка, которой он был покрыт, из-за удобрений приобрела коричнево-оранжевый цвет. Ручеек выходил из леса, полукругом огибал место поиска и уходил в сторону виднеющейся вдали деревеньки.

У этого ручья мы нашли удивительное, внешне напоминающее щит, бронзовое крепление и несколько водочных пробок. Все бы ничего, да как-то надо было перебраться на другой берег – мы долго искали брод или хотя бы узкое место, исследуя берег в обе стороны. Все деревья вокруг на поверку оказались гнилыми и трухлявыми, они не выдерживали даже вес моего брата, не говоря уже обо мне. Представьте себе двадцатисантиметровый в диаметре ствол, рассыпающийся на мелкие щепки от простого прикосновения руки! Каково? В конце концов стало совершенно ясно, что соорудить переправу невозможно.

Но это были бы не мы, если бы отступили перед такими мелочами. Через четверть часа я нашел островок-кочку с росшим на нем с не успевшим сгнить до конца деревом, и мы в два приема все-таки перебрались на другой берег. Каково же было наше разочарование, когда мы осознали, что местные жители превратили островок в свалку. Впрочем, среди сгнивших банок и зарослей старого виноградника нам удалось найти часть кованной конской упряжи.

Со временем мы наловчились достаточно быстро находить место для переправы с берега на берег, а возможно сам ручей просто стал уже… Так мы и перебирались с острова на остров, пока наконец не прозвучал долгожданный четкий цветной сигнал. Через минуту мы вертели в руках две части сгнившей гильзы.

– Когда уже наши гильзы начнут попадаться? – я прочитал едва видневшуюся надпись, – Ремингтон. Хоть ты действительно коллекцию начинай собирать.

– Патрон 7,62, – сказал Игорь, разбиравшийся в военной тематике лучше меня, –для винтовки системы Мосина. Судя по всему, времен первой мировой.

Гильза отправилась в сумку.

Следующей находкой оказалась странная трубка, покрашенная защитной краской. Мы минут с десять пытались вычистить ее тростинками и веточками, в конечном итоге, нам удалось это сделать. Трубка оказалась сквозной.

– «Война» пошла, – изрек брат, – пора менять диспозицию.

И мы двинулись на следующий островок.

Там, среди высохшей травы нас ждал моток алюминиевой проволоки, сгнивший от времени матрац, торчавший из прошлогодней листвы ржавыми ребрами пружин, да пустая, хоть и закупоренная бутылка водки с отбитым донышком. Бутылка была зарыта под старой высоченной, давно высохшей грушей. Донышко мы, к слову будет сказать, нашли. На нем красовалась пятиконечная звезда в непонятной фигуре, да две цифры: полста и сорок. Конечно же, мы тут же устроили небольшую фотосессию. Куда уж без нее. Тем паче, место и обстановка располагали к импровизации.

Следующей находкой брата стала тонкая, практически целиком изъеденная ржавчиной, подкова.

– Поздравляю, – я подошел к Игорю, и взял у него из рук подкову, – дедушка и тебе в этом сезоне подарок на удачу сделал.

– Ага, – Игорь зарывал яму, – теперь у нас только Димка не подкован.

– Чего зарываешь? Копай, может там лошадь,– я продолжал рассматривать находку брата, – вон гвозди торчат, наверняка, там дальше копыто начинается.

– Да ну его, – отозвался Игорь, но на всякий случай поводил над этим местом прибором. – Вот только копыта нам и не хватало.




Опасность всегда рядом



Следующий островок также был частью старого заброшенного сада.

Практически сразу же прибор выдал четкий цветной сигнал. Поскольку это была находка брата, то он и занялся ее выкапыванием, а я пошел прочесывать островок дальше. Как ни странно, но именно на этом островке мусора практически не было.

– А ну ее, – Игорь стоял на коленях перед весьма глубокой ямой, – внутренний голос мне подсказывает, что не стоит копать.

Я подошел к яме. Из блестящего жирного чернозема торчала круглая металлическая темно-зеленая шайба с зализанными краями, отдаленно напоминавшая хвостовую часть какого-то боеприпаса.

– Отойди-ка, – я присел у ямы, снял перчатки и погрузил пальцы в мягкую, теплую и вместе с тем влажную почву, – давай попробую расширить яму, посмотрю, что там глубже. – Пальцы, между тем, нащупали уходящую вниз холодную металлическую пластину.

– У нас два варианта: старая керосинка или боеприпас, – мы посмотрели друг на друга. Ощущения у обоих совпадали: перед нами скорее находится боеприпас, нежели что-то еще.

Вскоре мы расширили и углубили яму достаточно, чтобы проводить с находкой более тонкие манипуляции. Нож, который я совершенно недавно стал регулярно использовать, уходил глубоко вниз, не встречая на своем пути ровным счетом ничего.

– Эх, щуп бы нам, – пробормотал я, – надо Димку напрячь.

– Или веревку с крюком, – добавил Игорь, – дернули бы.

– Веревка в машине есть, – я осмотрелся по сторонам. Ближайшая деревня была от нас буквально в полукилометре. – Только всех аборигенов на уши поставим, если рванет.

Дальше осторожно копали руками, включив ощущения на максимум. Ни о какой лопате тут и речи идти не могло – слишком уж она грубый инструмент.

Что я могу сказать – мальчишество все это. Я прочистил в верхнем кольце три отверстия, и оно стало больше напоминать хвост. Тогда я снова аккуратно опустил в почву пальцы и закрыл глаза – так проще сосредоточиться на внутреннем зрении, обычное сильно мешает. То, что я нащупал, мне сильно не понравилось: вниз, несильно расширяясь, прилегая к металлическому конусу, уходили три лепестка. Я как обжегся – предмет на мгновение «показал» себя. Нет, это была не минометная мина, это было нечто более опасное.

– Аккуратно отходи, – тихо сказал я, ведь предмет все еще что-то нашептывал о себе и своей усталости. – Очень нехорошая штука, – я достал руку.

– Если дернем, – яма была аккуратно засыпана, – точно рванет.

Впоследствии Игорь нашел этот боеприпас в интернете, и мы искренне порадовались, что нам хватило ума не «дергать» его.

К счастью, подобные находки кладоискателю, занимающемуся поиском старинных кладов, попадаются крайне редко, но тем не менее, каждый раз они заставляют задумываться о вечном… «Война», как я уже неоднократно говорил, это не наш профиль, да и с благоразумием, с инстинктами самосохранения и интуицией у нас все в порядке.

Даже если мы ошиблись, даже если там, глубоко в земле, был старый добрый примус, мы ничего не потеряли – пускай он лучше еще верой и правдой послужит дедушке, освещая его путь между подземными сокровищницами.

Время перевалило за полдень, и мы медленно поплелись обратно к поразившему нас сегодня утром своими камнями захоронению, чтобы продолжить наш путь до следующей «точки».

К тому времени, когда мы перешли дорогу, у кладбища стояло с десяток машин, а вдоль могил ходили аборигены с лопатами. Они о чем-то громко спорили и перекрикивались. Наше появление вызвало у людей явный интерес, однако мы быстро переоделись, сели в джип и уехали. Нечего мозолить глаза местным. Очень замечательно во всех отношениях, что мой тесть живет в районе, и номера у нас, естественно, не столичные – привлекают меньше внимания. Очень удобно.




И не подобраться



Дорога, по которой мы ехали, была настолько узкой, что из джипа нельзя было выйти, чтобы с одной стороны не свалиться в глубокие лужи, а с другой не угодить в болото.

– Судя по координатам, здесь должна была быть деревня, – я рассматривал редкий кустарник рядом с дачным поселком.

– Ага, а теперь тут дачи, – Игорь вздохнул, – и народа полным-полно.

– То, что тут дачи, я еще по спутнику глянул, – я тоже загрустил, поскольку вторая часть поисков накрывалась медным тазом, – но вот того, что здесь будет толпа аборигенов, никак не ожидал.

К сожалению, людей было действительно много, причем очень многие явно находились в подпитии, поэтому мы решили поехать пообедать, тем более, что я знал неподалеку прекрасное место. Вот только сможем ли мы до него доехать?




Обед у реки



– Интересно, проедем мы тут или нет? – Игорь посмотрел на заросшую лесную дорогу, идущую по границе между лесом и полем.

– Самому интересно, – на дороге виднелись глубокие ямы, полные воды. Кое-где, несмотря на теплую погоду, до сих пор лежал лед – Единственное, что напрягает, так это ветки.

Мои опасения не были напрасны и мне повезло, что часть бортов у джипа защищал заводской пластик, а остальную часть свежий слой воска – я недавно загонял машину на мойку. Так что в итоге мы просто затерли тряпочками все царапины. Что же касается самой дороги, то мы справились с ней «на отлично».

Итак, мы выехали к большой поляне на излучине реки. Сзади раскинулась лесопосадка, за ней дачи, справа луг, а слева стояли великолепные могучие дубы, обхватов в пять-шесть каждый.

– Ага, – непроизвольно вырвалось у меня.

– Прекрасное место! – одобрил брат, – жаль только дачи рядом.

– Согласен, – я остановил машину в центре поляны, – сейчас перекусим и за работу.

Дубы не давали мне покоя с того момента, как я их увидел. И почему я про них совершенно позабыл? Обедали сидя на обрыве, сразу же за небольшим песчаным пляжем, свесив вниз ноги, глядя на многочисленные водовороты.

– Жаль, тут рыбы нет, – Игорь бросал в воду хлеб и наблюдал за тем, как тот, не тронутый рыбой, то идет ко дну, то плывет по течению. – И дачи… Все портят дачи…

– Да черт с ними, с дачами, – я налил нам кофе из нового термоса, – красота-то какая.

– Да… – Игорь достал бутерброд, – место зачетное. Надо будет сюда как-нибудь приехать еще.

Перекусив, мы отправились к древним дубам.




Культурный слой



– Что ж ты будешь делать?! – в очередной раз в сердцах сказал я, – опять пробка.

– И не говори, отозвался Игорь.

В конце концов, мы досконально изучили пробочный сигнал, но все же нет-нет, да и проверяли показания прибора – «а вдруг?».

Самыми ценными находками у первых деревьев стали два колышка от палаток. Что же – в хозяйстве пригодятся.

Удручало еще и то, что вокруг было полно мусора. Ну как можно гадить там, где отдыхаешь? Уже не в первый раз я встречаю такое поведение людей, и не перестаю заострять на нем внимание. И после этого мы рассуждаем о каких-то общечеловеческих ценностях? Хотим куда-то идти? Надо начать с себя, а уж потом рот раскрывать.

Передо мной стоял дуб обхвата в четыре, может больше, с изрезанной по кругу корой. Раны давно затянулись, но дереву до сих пор было больно.

– Посмотри, она там? – попросил я Игоря.

Брат провел по стволу катушкой, раздался четкий сигнал.

– Там,– коротко ответил он.

Это же каким уродом надо быть, чтобы не снять с дерева проволоку… К сожалению, тут мы ничем не могли помочь старику-дубу – проволока намертво вросла в ствол лет с двадцать тому назад.

Следующим деревом, привлекшим наше внимание, стал очередной огромный красавец с выгоревшим основанием: огонь превратил половину ствола в гигантское дупло. Высоко над головой, в самой верхней точке дупла находилось обветшавшее от времени и зимнего мороза покинутое осиное гнездо. Казалось, оно сделано из тончайших листов полупрозрачного бесцветного пергамента.

– Хорошо, что никого в нем нет, – я попытался дотянуться до гнезда палкой, – а то бы мы точно тут спокойно не пофотографировали.

– Кто-то желания загадывал, – одна из веток была украшена завязанными веревочками и лентами.

Как это ни странно, но у дупла мы нашли с десяток кованных гвоздей в хорошем, если не сказать, в замечательном состоянии.

– Чертов культурный слой, – Игорь раздраженно плюнул, – сплошные пробки.

– Да, – согласился я, – тут сначала бульдозером полметра земли снять надо, а потом уже искать.

– Угу, – пробурчал брат.

Пробки, бутылки, ржавое ведро и еще несколько колышков – вот все, что мы нашли у этой группы деревьев.

Вы просто не представляете себе, какое удовольствие мы получили, полазав по дубам… Подходишь к мощному стволу, обнимаешь его, хватаясь за кору, и лезешь вверх. Ветки не нужны – кора дает опору и рукам, и ногам. В какой-то момент закрываешь глаза, прижимаешь к дереву голову, и все тело начинает вибрировать, жужжать. Все мысли уходят на задний план, растворяются. На мгновение ты понимаешь всю суетность мелочного бытия, забываешь о проблемах. Хоть раз в своей жизни каждый должен попробовать послушать деревья, поговорить с ними. Они мудры.

Перед тем, как отправиться домой, я нарезал с поваленной березы веточек, на которых набухли почки – дома надо будет поставить в вазу.




Смерть фашизму



По дороге домой мы остановились у памятника партизанам и подпольщикам партизанской зоны района, располагавшегося недалеко от места наших поисков. Монумент был установлен по инициативе ветеранов партизанской бригады, действовавшей в этих лесах в 1942-1944 годах.

Приятно было видеть свежие цветы у памятника. Мы поправили один венок, немного постояли, и, сфотографировавшись напоследок, отправились дальше.

Глядя на венки, мне было печально осознавать, что на Украине, под кровавым флагом Бандеры начинается эпидемия коричневой чумы.




Послесловие



День выдался красочным, полным ярких впечатлений и захватывающих запоминающихся моментов. Возможно, читая эти строки, вы получите хотя бы частичку этого светлого чувства – чувства удавшегося на все сто процентов дня.








Powered by php | Kalyaked by RIP