"За кладом" :: Год 2013

Год 2013: Четыре эпизода


Эпиграф.

– Как в толпе определить кладоискателя?

– Нормальный человек смотрит вперед, а кладоискатель под ноги.




Выезд четвертый


Аномальная зона



В этот раз наше путешествие началось не рано утром, как обычно, а примерно в полдень. Состав нашей троицы также несколько изменился: у Игоря намечался корпоратив, поэтому навстречу новым приключениям отправились я, моя жена Лена и, естественно, Дима.

После обеда мы загрузились в машину и помчались на дачу к моему давнишнему приятелю. Серега, а именно так звали моего друга, уверял, что в соседнем лесу, который сам по себе не оставит нас равнодушными, найдется много интересных мест. Там, за дачным забором из сетки-рабицы, действительно было что поискать: недалеко когда-то стояла панская усадьба, несколько деревень, лежала пара огромных валунов, а после войны осталось множество землянок и окопов.

В общем, приехали, перезнакомились, расположились, хозяин дачи разжег мангал, накрыли на стол, перекусили…

Шашлык получился очень вкусным, а Оля, жена Сереги, оказалась весьма искусной хозяйкой, так что стол ломился от яств, хотя в желудке давным-давно закончилось свободное место. Серега играл на гитаре, Димка рассказывал анекдоты, да и вообще, замечательно влился в нашу давнишнюю кампанию. Впрочем, иначе и быть не могло – компанейский он парень.

За душевной беседой, обильно сдобренной юмором, незаметно пролетел остаток теплого солнечного дня.

Начались расспросы о предстоящем походе. Мы с Димой вкратце попытались объяснить, что к чему, не забыв упомянуть о том, что надо вставать ни свет не заря и, согласно картам, топать за тридевять земель. И тут началось… «Это же рано», «а давайте в девять», «а давайте, как проснемся», «а вот дети тоже хотели» и так далее и в том же духе.

Знаете, я вот лично против детей ничего не имею, но если ехать и что-то серьезное искать, то делать это лучше аккуратно, небольшой мобильной и незаметной группой, никого не информируя. Приехали, отработали квадрат, собрались, уехали. Все по плану, все по-армейски четко, слаженно и качественно. Исключения, конечно, всегда есть, например, поиск клада на чьем-то огороде по приглашению, поездка в тесном семейном кругу или, к слову, поиск с рыбалкой нет-нет, да и можно совместить.

Так или иначе, но тот выезд стал для нас весьма серьезным уроком.

В конце концов, нам все же удалось договориться о том, что мы с Димой встаем с самого утра, пробуем будить Лену, и в любом случае идем в разведку, а все остальные, кто не сможет или не захочет подниматься в такую рань, подтягиваются после того, как проснутся и позавтракают.

Близилась полночь, и мы решили сходить на опушку леса – угостить земляного дедушку кушаньями с нашего стола. Все бы ничего, да только дети в темноте носились сломя голову, раскидывая угощения да задавая массу наивных вопросов. Им совершенно не было дела до наших обрядов. Впрочем, как мне тогда показалось, дедушка все равно остался доволен, ведь был же он когда-то на заре времен, хоть чуть-чуть, но озорным мальцом…

Итак, подводя итоги дня и вечера перед выездом, можно было с уверенностью сказать: большим минусом ситуации, в которую мы втроем попали, было то, что о нашей экспедиции знал практически весь дачный поселок и на поиски с нами собрались идти чуть ли не две семьи. Зато были и безусловные плюсы: лес представлял собой большую аномальную зону, где терялись люди, электроника сходила с ума, а все наши новобранцы, которых я давно и прекрасно знал, очень любили спать. К тому же, за дачный забор без особой надобности никто не ходил, разве что мусор выкинуть или на ближайших полянах порвать несколько гитарных струн под душевные песни, поэтому «хвоста» и «лишних глаз» можно было не опасаться.

Ночь выдалась теплой и безветренной. Дети давно спали, друзья за столом что-то бурно обсуждали, а я сидел в кресле-качалке перед костром, смотрел на искры, уносящиеся к далеким звездам, тихо играл на алтайском варгане, стараясь коснуться мыслями далеких планет.

А вот сон, как всегда, был прерывистым и чутким…

Прохладный утренний ветерок бодрил. Как я и предполагал, в лес собрались только я с Димой. Перед выходом Дима успел похвастаться своим новым камуфляжем и выдал мне кусок толстого линолеума размером пятьдесят на сорок сантиметров, который прекрасно скручивался в трубку и помещался в боковом кармане рюкзака. Коврик оказался самым удачным нашим изобретением: на него можно становиться коленями при работе на мокрой почве, на него безболезненно можно рассыпать землю, чтобы найти незаметную глазу мелочь, он практически не пачкается, быстро моется, у него низкая себестоимость и он практически вечен.

– До деревень мы вряд ли сегодня дойдем, давай попробуем найти поместье, камень, а как народ подтянется, пусть нас на землянки сводят, – я передал Диме листок с координатами поместья.

– Сергей говорит, что в лесу ни один компас не работает, – Дима вбивал координаты в мобильный телефон.

– Да, это единственный лес, в котором я когда-то заблудился, – я попрыгал, чтобы проверить, не звенит ли что-нибудь, – но я бывал несколько раз в тех местах, так что с горем пополам сегодня не заплутаем.

– Я на всякий случай отметил координаты дачи, – Дима сунул мобильник в карман.

– Держи банан, – я протянул Диме его завтрак, – не на голодный же желудок километры наматывать.

Мы долго двигались по болоту, пока, наконец, не вышли на большую поляну, поросшую невысокой ровной травой. Казалось, перед нами дорогой ухоженный газон, на котором россыпью лежат, переливаясь в лучах утреннего солнца, бриллианты росы. Поляна находилась на возвышенности, поэтому мы смело отправились через нее. В какой-то миг мне показалось, что кто-то идет за нами. Я обернулся и увидел лишь три цепочки исчезавших следов. Примятая трава расправлялась и, точно в сказке, на ней тут же появлялись капельки росы. Будто и не шли мы тут вовсе. Кто за нами брел следом, так и осталось неизвестным, но холодок в затылке и бегающие по спине мурашки еще очень долго преследовали меня тем утром.

Чем дальше мы продвигались в ту часть леса, которую местные обходили стороной, тем более странные находки нам попадались. То тут, то там на деревьях, на высоте около трех-четырех метров, прибитые гвоздями смотрели в никуда безглазые куклы, болтались в такт легкому ветру неизвестно кем прицепленные веревки, а на одном, самом узловатом, дереве даже старый чайник висел. Еще одна загадка этого леса, так и оставшаяся неразгаданной.

– Тебе не кажется, что твой GPS нас кругами водит? – я посмотрел на Диму.

– Сам не пойму, – Дима водил пальцами по экрану телефона, – такое с ним впервые. То зависает, то теряет спутники, а то и вовсе стрелка начинает вертеться. Я тут компас недавно скачал – давай-ка глянем.

Если честно, я такое видел впервые: стрелка компаса на телефоне вращалась, как сумасшедшая. Еще могу понять обычный механический компас, но как может сбоить электронный, позиционирующийся по спутникам?

– Смотри, какие странные раны на деревьях, – Димка указывал на сосну, у которой на высоте около полутора метров был вырван и обожжен кусок коры и самого ствола. – А вот еще и еще. Как коридор какой-то.

Деревья были повреждены на одном уровне и действительно напоминали коридор, стенами которого служили повреждения, направленные друг на друга. Деревья были абсолютно разные: и ели, и сосны, и березы, даже у дуба был вырван основательный кусок.

Вскоре мы обнаружили еще один коридор, постарше, затем еще и еще. Края ран у этих деревьев затянулись, сердцевина ствола покрылась тонким зеленым мхом, а кое-где выглядела абсолютно высохшей. При всем при этом сами деревья, судя по зеленым листьям и хвое, оставались живыми.

После поездки я показывал фотографии коридоров специалистам, и они долго не могли прийти к общему выводу, сказать, что же такое оставило странные следы. В конечном итоге сошлись на версии о шаровой молнии.

Минут через десять мы вышли на заброшенную дорогу и шли по ней, пока не уперлись в чуть заметный перекресток. В этом месте у меня странным образом сам по себе вывалился из рюкзака хорошо закрепленный коврик.

– О! Гаечный ключик, – Димка нагнулся и вместе с ковриком поднял новенький гаечный ключик, – интересное место, не у тебя первого тут что-то падает. – Мы осмотрелись, но больше ничего не нашли.

Через полчаса у Димки сел телефон, и мы остались без спутниковой навигации, от которой, впрочем, и так было мало пользы.

– Чёрте-что, – Дима потряс телефон, – я его только с зарядки снял.

– Брось дурное, – я достал рамки, – у меня есть свой навигатор.

Я попытался расслабиться и представить, как могла выглядеть усадьба, закрыл глаза, настроился и задал первый вопрос. Рамки указали направление. Димка между тем расчехлил и собрал прибор. На удивление, лес практически «не звенел». Пока мы шли, удалось найти лишь трубку, ржавый перочинный ножик и алюминиевый квадратик со стороной чуть больше сантиметра да пару ржавых кованых гвоздей.

– Смотри, – Димка улыбался во весь рот, – танкистский шлем. Кто-то забыл.

На поваленном дереве рос гриб, по форме один в один повторявший танкистский шлем, да так, что отличить подделку можно было лишь, подойдя вплотную.

Через полчаса работы у прибора сели аккумуляторы.

– Бред какой, – Дима недоуменно смотрел на прибор, – я их вчера зарядил до плашки.

– Бред не бред, а в аномальной зоне мы с тобой впервые, – я смотрел туда, куда указывали рамки. – В следующий раз будем знать, что нас может ожидать.

– Это точно, – Дима сделал паузу и добавил, – сюда мы точно еще раз вернемся. Вдруг тут есть метеориты.

И тут у нас сработали рации, сначала моя, потом Димина. Кто-то орал, чтобы все убирались отсюда подобру-поздорову. Сразу же скажу, что мы находились в трех метрах друг от друга, рации были настроены на один зашифрованный канал и сработали не одновременно. Вопль был настолько громким и неожиданным, что меня передернуло и я почувствовал легкий укол в области сердца.

– Черта-с два! – Димка поменял аккумуляторы в приборе.

– Вот-вот, – я достал фотоаппарат и посмотрел на индикатор заряда, – у меня еще комплект есть.

Еще минут через сорок мы вышли к огромному валуну, поросшему мхом и покрытому ковром из пожелтевших березовых листьев.

– Вроде не осень еще, – мы обошли валун вокруг.

– Смотри-ка, – Димка позвал меня. В том месте, куда он указывал, в камне находились аккуратные глубокие отверстия. – Интересно, да? – Димка засунул палец в отверстие.

– Есть мысль: сюда МЧС точно не доберется, так что придется палец отнимать, – не удержался я.

– Да погоди ты, – Димка с сосредоточенной миной на лице пытался что-то достать из отверстия, – там что-то есть.

Этим «что-то» оказалась коричневого цвета копейка тысяча девятьсот восемьдесят шестого года. Мы положили ее на желтый березовый листок и долго рассматривали, гадая, кто и зачем ее сюда положил.

– Занятная штука. Закидывай ее обратно – кто-то желание загадал, – я посмотрел в отверстие, вдруг там еще, что-нибудь завалялось, – мы же не бандеровцы у людей последнее отбирать.

Вот так была найдена наша самая первая монета.

Времени было около полудня и после звонка Сереге мы решили пообедать, устроившись на валуне, там же собрались ждать, пока не подтянутся девчонки с детворой. Сам же хозяин дачи идти наотрез отказался, сославшись на усталость и закончившееся пиво.

Димка медитировал, а я играл на варгане. Поверхность валуна казалось теплой и мягкой, излучала спокойствие и умиротворение. Когда все пришли, Оля нам рассказала, что валун, если верить рассказам, находился как раз в центре поместья. Вот вам и рамки.

После короткой фотосессии у валуна мы выдвинулись на поиски блиндажей.

К слову, я много сил и времени потратил на то, чтобы уговорить Лену взять с собой в лес камуфляж. Но женщины – они и в Африке женщины… Взять-то взяла с собой, но вот в лес надеть… И доводы о скрытости, удобстве и безопасности действия не возымели. Да что уж тут говорить – вообще никакие доводы действия не возымели.

Последний комплект аккумуляторов к счастью не разряжался, и мы решили, что вышли из зоны, хотя, как мы узнали позже от Ольги, это было не так.

Дети горели желанием поскорее найти клад, но никак не могли договориться между собой, поэтому я решил, что копать они будут поочередно, точно так же, как и забирать себе находки. Серегин сын Сашка достаточно быстро втянулся в процесс, чего нельзя было сказать о Ване, сыне Серегиной сестры Леси – лопата ему совершенно не поддавалась. Так или иначе, мы шли по дороге, а радостные дети выкапывали и делили между собой пробки, гвозди и куски проволоки.

Примерно через час мы вышли на две небольших высотки, сохранивших на себе следы боевых действий. Оля никак не могла вспомнить, где находились землянки, поэтому Димка, как всегда, отправился изучать лес, а я, отобрав у детей лопаты, приступил к поискам. Дети не отступали от меня ни на шаг, ведь каждый из них ждал свою находку. Тем не менее, я объяснил им, что в лесу следует быть аккуратным, что находки бывают разные и что в связи с этим им не стоит находиться рядом со мной, когда я копаю, а в случае опасности спрятаться за самыми толстыми деревьями. Если Сашка сразу же все понял, то Ване пришлось несколько раз все повторить, но в конце концов и он отошел на достаточное расстояние.

Лес подарил нам немецкую гильзу тридцать восьмого года и несколько рваных кусков латуни, один из которых был пробит пулей. Дети стали сильнее спорить, кому достанется следующая находка, особенно после того, как я достал из земли гильзу от осветительной ракеты.

К сожалению, ни одной землянки мы так и не нашли, несмотря на то, что мои рамки и Димкино чутье показывали, что хотя бы одна, но тут все-таки есть. Лес совершенно перестал звенеть. И это несмотря на то, что все вокруг окопов было изрыто воронками. Посоветовавшись, мы решили, что те, кто тут остался с войны, решили ничего не показывать нам при детях. Может, оно и правильно, учитывая, что Ваня умудрился облизать один из осколков, после чего, кстати, получил от нас с Димой серьезный нагоняй.

– Дядя Андрей, а что это? – Сашка держал в ладони оплавленную железку.

– Кусочек металла, – сказал я, на что тут же получил следующий вопрос:

– А почему он такой?

Действительно, почему он такой? Я взял железку в руку и меня тут же осенило: «Возьми-ка в ладошку, закрой глаза и попытайся представить, что с ним произошло».

Сашка взял железку обратно: «Не получается».

– Сразу и не будет получаться, – я дунул на металл, – сосредоточься.

– Мне кажется, это от грузовика кусочек, – Сашка зажмурился и наморщил лоб.

– Уже лучше, – я посмотрел на него, – только не напрягайся, первое что придет, что почувствуешь, то и говори.

– Мне кажется, машину подбили, и очень сильно все горело, – Сашка стряхнул руки, – неприятно очень.

Оплавленный кусочек металла действительно излучал неприятные ощущения, так что Сашке и в самом деле удалось приблизиться к истине.

– Запомнил упражнение? – Сашка кивнул головой. – Повторяй каждый день с разными предметами и в следующий раз, когда пойдем в лес, у тебя все получится.

Незаметно пролетел день. По пути домой мы собирали ягоды, а Димка, как всегда, искал по пням змей. И если с ягодами нам несказанно везло, то Димку с его змеями удача упорно обходила стороной.

Отдых удался на славу, а дети до сих пор безумно счастливы нашим находкам. Мы с пользой провели время, добавив в свой скромный багаж знаний несколько методичек с незабываемого практикума.




Пятый выезд


Как рождаются легенды



В один прекрасный день мне понадобилась Димкина помощь на даче, и мы вдвоем, поскольку у Игоря снова не получилось выбраться, прихватив МД, отправились в путь. Димка давно собирался попробовать себя в пляжном поиске. А тут как раз и случай выдался удачный, и озеро подвернулись, на которое, кстати, ходили не только дачники, но еще и жители близлежащих деревень.

К сожалению, моему тестю наше увлечение не очень понравилось, поскольку он был больше предан рыбалке. Тем не менее, Михалыч, с удовольствием наблюдал за всеми нашими манипуляциями, как, впрочем, и все рыбаки с другого берега озера. И, как мне показалось, найди мы пару монет, число кладоискателей непременно бы увеличилось еще на одного человека.

– Вот тут четкий сигнал, – Димка указал на точку, и я принялся копать. Наточенный фискарь, безусловно, прекрасный инструмент, но в этот раз Димке пришлось идти к машине за обычной штыковой лопатой. Мы вырыли довольно приличную яму, пока не наткнулись на сгнившие доски. Копать было крайне неудобно, но… Наградой нам стал метровой длины рельс без единого следа ржавчины.

– Я думаю, его надо взять с собой, – я попытался поддеть рельс лопатой, – окупит бензин.

– Ага, и вагончик, который был сверху, тоже взять надо, – Дима показывал на груду гнилых досок. – Еще немного, и колеса отроем. Смотри, какая сталь – ни следа ржавчины.

Димка практически оказался прав: следующей нашей находкой оказался увесистый трак то ли от экскаватора, то ли от трактора.

– Дело в том, что тут был карьер, – ухмыльнулся Михалыч, – так что ничего серьезного вы тут не найдете. Разве только, тут технику какую зарыли.

– По правде сказать, – я осмотрелся, – мы ни на что и не рассчитывали. Просто решили попробовать, что такое пляжный поиск.

– Это точно, – добавил Дима, – если уж что-то и искать тут, то надо лезть в воду, основная масса колец сваливается в воде. Из-за перепада температуры сосуды сужаются…

– Угу, – я начал закапывать яму, – а к этому сегодня не благоволит погода.

Мы, получив свежие впечатления и новый опыт, уехали с пляжа минут через сорок, собрав большую коллекцию водочных и пивных пробок. Рельс и трак с собой так и не взяли, хотя после пожалели об этом. Зато жители ближайших деревень, среди которых начали бродить родившиеся этим утром старинные легенды, еще некоторое время впустую перелопачивали кубометры земли и меняли ландшафт в поисках несметных сокровищ то ли Екатерины, то ли Наполеона.




Шестой выезд


Странный мальчик



Вторая поездка на дачу у Димы не получилась, поэтому мы поехали с Игорем. Решено было осмотреть небольшой песчаный пляж на повороте узкой быстрой речки.

Мы взяли велосипеды и выдвинулись к речке, на которой нас встретил одинокий подвыпивший рыбак.

К сожалению, на пляже, нам попадались лишь пробки, фольга и просто неимоверное количество кованых, но полностью съеденных ржавчиной гвоздей. Все это было обильно сдобрено мелким битым стеклом. В какой-то момент стало казаться, что кто-то пришел к пляжу и специально вывернул на него несколько ведер строительного мусора и пару ящиков стеклотары. Как только люди тут загорают, да босиком бегают? Прямо Йоги какие-то.

Мы быстро прозвонили маленький пляж целиком и начали собираться, как вдруг заметили наверху, на обрыве, маленького деревенского мальчика, безуспешно пытавшегося заснять нас на мобильный телефон. Он нервничал и дрожал, движения его были обрывистые и неуклюжие. Было видно, что у него ничего не выходит.

Бедная деревня, если даже сюда добралась эта неизлечимая болезнь современной молодежи – «снимать все и вся».

Когда мы, наконец, поднялись наверх с велосипедами и проходили рядом с пацаненком, то услышали примерно следующий монолог: «Ай-яй-яй, не успел… Ай-яй-яй, что же теперь делать? Что же теперь будет? Ну как же так? Что я теперь скажу? Ай-яй-яй, как же так? Ай-яй-яй, ну как же?». Его интонации напоминали причитания. Мальчик, судя по всему, был в панике, казалось, он всю жизнь ждал самого главного события в своей жизни, но пропустил его. Он еще долго что-то растеряно бормотал себе под нос и провожал нас бесцельным отсутствующим взглядом. Перед поворотом я еще раз оглянулся, а ребенок все еще стоял на том же самом месте, открывая рот подобно рыбе, выброшенной на сушу.

– Почему-то мне кажется, что это сын того алкаша, – я крутил педали.

– Похоже на то, – Игорь ехал рядом, и мы могли свободно беседовать, – сейчас отвалит люлей сыну.

– Ну, знаешь. Что поделать, – я привстал с сиденья, поскольку начиналась горка, – кто не успел, тот опоздал.

– Да, – Игорь не отставал, – но все равно, достаточно странный малой.

– Я бы на его месте не снимал тупо, а попросил бы попробовать.

– Я бы тоже, – согласился брат.

Странные места дарят миру не менее странных людей с очень странными мыслями в головах. Особенно те места, где никогда ничего нового не происходит.




Седьмой выезд


С ноутбуком в лесу



Седьмой выезд оказался самым коротким в моей практике. Мы поехали к моему другу Максу на дачу. Давно не виделись, и я решил показать ему свое новое увлечение. Приобщить, так сказать, к хобби.

Буквально за час мы нашли старую закопанную железную дорогу, ржавую цепь и самодельный проволочный карабин. Но самым главным в этот день было то, что я обкатал новый метод поиска. У нас были только рассказы местных жителей о сгоревшей деревне, которые мы услышали уже на месте. С собой у меня был ноутбук, 3G модем, и в полевых условиях удалось очень удачно, используя показания GPS, сориентировался по картам. Единственный минус в этом подходе – очень плохая связь и качество интернета. Но такова жизнь.

Не бойтесь пробовать и импровизировать, ищите подход к местным жителям и не стесняйтесь заводить с ними беседы. Вы ничего не потеряете, зато легко можете обрести много полезного и интересного.









Powered by php | Kalyaked by RIP