"Главы Апокалипсиса" :: Книга вторая

Глава 7

Я видел себя, словно со стороны: вот я развернулся и рванул с места так, что задевшее стену острие прута выбросило плотный сноп ярких белых искр, будто это не отрезок стальной арматуры, а кусок магния. Я был словно сильно сжатая пружина, которой одним резким движением дали полную свободу. Я несся подобно урагану, удары сердца слились в бесконечный гул. Я был вне времени: с некоторых пор такое состояние стало для меня чем-то повседневным, обыденным, естественным и необходимым как воздух и, наверное, лишь отсутствие этого эффекта в критический момент смогло бы меня удивить.

Коридор весь ходил ходуном, мелко трясся, словно в такт конвульсиям уже невидимого, но явно издыхающего демонического существа. По стенам, потолку и полу, обгоняя меня и осыпая побелкой и бетонной пылью, побежали, расползаясь во все стороны, миллионы тончайших трещин. Я слышал, как за спиной отваливалась штукатурка, как скрежетал металл дверей, щелкали и стреляли, лопаясь, сварные швы.

– Быстрей!!! – крик звучал за границей моего восприятия где-то на уровне подсознания, подчинял своей безусловной воле, заставлял двигаться еще быстрее, уничтожая все возможные пределы.

Рев погибающего чудовища достиг невероятной мощи и, казалось, стал частью меня. Пол с гулом завибрировал и начал медленно проваливаться в бездну. Черная пустота, квинтэссенция зла, пожиравшая коридор за моей спиной, была так же реальна, как и я сам.

– Прыгай!!!

Как тут было не подчиниться? Как не прыгнуть? Я видел перед собой бетонную твердь, которая медленно проседала, ломалась и крошилась на части.

Я прыгнул, возможно, даже раньше, чем услышал этот последний крик. Сперва оттолкнулся правой ногой от пола, затем левой – от стены, оставив вмятину в «шубе». Никогда не знал и даже не мог предположить, что я на такое способен. Однако ж я успел не только рассмотреть фонтан пыли, брызнувший от подошвы во все стороны, но еще и понять, что фактически бегу по вертикальной поверхности.

На мгновение все исчезло…

Взрывная волна ударила меня в спину, словно игрушку швырнула вперед и пронеслась дальше. За мгновение в мозгу промелькнули внеземные картины далеких, непостижимых для разума миров. Безжизненные коричнево-зеленые коконы заброшенных городов, пустые черные глазницы полуразрушенных строений, серая пыль пожарищ. Я так и не успел понять, что это было за видение и откуда оно пришло.

Я больно ударился локтями о пустой дверной проем, выбив одну из массивных досок коробки со всеми гвоздями, раскрошил перегородку и утонул спиной в странно-мягком покрытии двери, прислоненной к стене в примыкающем Т-образном коридоре. Я едва успел прикрыть руками лицо, как вслед на меня посыпались всякие обломки. Вокруг лопались лампы, искрила и горела проводка. Чуть выше о стену бились куски бетона, штукатурки и кирпича, отскакивая друг от друга и оставляя вмятины, словно резиновые пули.

Чья-то рука уверенно, словно маленького шкодливого котенка, схватила меня за ворот плаща и, выдернув из этого жуткого безумия, потянула за собой. Я почти ничего не видел из-за густой белой пыли, постоянно спотыкался о разный мусор и пытался прикрыть голову. Кто-то тянул меня с такой силой, что я не мог ни разогнуться, ни упасть вперед. Голова гудела, словно колокол, в ушах противно свистело, перед глазами плавали ярко-зеленые искрящиеся пятна.

Мы неслись вперед по длинному черному тоннелю, а вслед нам, освещая путь и заполняя собой все пространство, двигалось чудовищное огненное облако. Адское пламя дышало в спину, гнало вперед, вызывая животный страх.

… Что чувствует тот, кто убегает от смерти в зловещую неизвестность?

Что-то заставило меня поменять направление на полной скорости, и я влетел непонятно куда. Пламя и взрывная волна за спиной захлопнули дверь...

Новый бесконечный коридор. Слабый оранжевый свет льется из небольшой зарешеченной ниши. Девчонка лет двадцати, пытаясь отдышаться, прислонилась к стене, упершись руками в колени. Старый, давно зарубцевавшийся тонкий шрам от правого уха до ямочки подбородка лишь подчеркивает красоту ее лица. Короткие рыжие волосы в тусклом свете кажутся ярко-красными. Стрижка, хоть и не модельная, смотрится идеально. Девчонка тяжело дышит, изучая меня взглядом, одежда на спине слегка дымится, будто только что из-под утюга. Взгляд уверенный. Мускулистое стройное тело напряжено. На поясе в грубых, наверняка самодельных кожаных ножнах, приличный охотничий нож. В левом ухе отливает золотом большая, круглая, как у пиратов, серьга. Впрочем, различных «железяк» в ушах, носу и даже губах девчонки было полно. Она любила пирсинг.

– Что уставился? – в ее голосе было столько мужественности и металла, что я даже задумался, не парень ли передо мной. – Девчонки не видел?

– Я тоже рад познакомиться, – сделав небольшую паузу, я добавил: – У тебя спина дымится.

–У тебя тоже, – похоже, она достаточно рассмотрела меня и, как мне показалось, застенчиво улыбнувшись, добавила: – Извини. Я Лиса.

– Андрей, – я улыбнулся в ответ, подумав, на что способна самая обыкновенная улыбка. – Очень приятно.

– Идти сможешь? – некоторая доля сомнения сквозила как в интонации Лисы, так и в ее взгляде.

– Бежать же получилось, – в этот раз улыбаться было больнее, но я все же попытался.

– Вставай, – девушка протянула мне руку. – Немного осталось, всего каких-то метров сто.

– Надо убираться отсюда, – я с трудом поднялся. Руки и ноги были ватными, тело словно налилось свинцом.

Краем глаза я уловил слева едва заметное легкое движение. Что-то серое и бесформенное молнией бросилось на меня с потолка. Я машинально отшатнулся, развернулся влево, пропуская летящую тварь мимо и подставляя штырь левой рукой. Пожалуй, я не смог бы снова повторить сей трюк с такой скоростью и четкостью.

На пруте верещало и издавало невыносимое зловоние нечто похожее на смесь жирной пиявки-переростка с гигантским слизняком. С тем лишь отличием, что у гигантского слизняка просто не могло быть такого количества столь отвратительных отростков, отдаленно напоминавших присоски, а пиявка-переросток, какой бы мерзкой она не казалась, наверняка не имела бы таких странных чешуек, составлявших полукруглый панцирь. А эти отвратительные «глаза» по всему телу… Мерзость была размером с хорошую кастрюлю и весила как откормленный кот.

Мне несомненно повезло, что эта дрянь не сбила меня с ног. И еще большим чудом было то, что она, напоровшись на заточенный кусок арматуры, издохла столь скоро. Я решил на всякий случай добить это существо и ударил ногой. Ощущение было такое, словно нога попала в свежую коровью лепешку.

Никогда не забуду легкое – странное и в то же время естественное – движение Лисы, ее вмиг изменившиеся, необычайной красоты глаза, с недоумением смотревшие на то, как я метнул прут в ее сторону. Одновременно с моим броском что-то холодное легко толкнуло меня в правое плечо...

Какую неповторимую гамму эмоций может изобразить красивое женское личико за какую-то сотую доли секунды – от звериной ненависти до откровенного детского сожаления. Всего-то стоило второй твари, пригвожденной моим копьем к стене, заверещать прямо у нее за спиной и тем самым заставить обратить на себя внимание.

– Я не хотела… – это было сказано так искренне, что не могло быть ложью…

Такая игра достойна наивысших наград за актерское мастерство…

Какой знакомый вкус во рту. Какая знакомая слабость во всем теле.

Я подошел к стене, но не смог выдернуть свое оружие – оно просто выскальзывало из ослабевших пальцев. Все вокруг заволокло туманной пеленой... Лиса влекла меня куда-то за собой. Мы бежали и бежали. Каких-то сто метров показались мне бесконечными. Может, из-за тумана поменялось восприятие: ведь в нем вещи кажутся куда более отдаленными, нежели на самом деле. Несколько тварей погибли у нас под ногами, нескольких зарубила моя новая странная знакомая невесть откуда возникшим в ее руках мачете. Еще одну или двух я раздавил на бегу…

Вдруг я заметил и ощутил рукоять уже знакомого мне лисьего клинка, торчащую из моей груди чуть пониже плеча… Я понял: я умираю, я убит… Я не мог осознать происходящее, все мое существо протестовало: я не хочу сейчас, это неправда, это не со мной!

Я видел нож, но мозг мой не мог поверить, не хотел и не желал осознавать, что этот нож во мне, мозг не видел ножа, и нож перестал существовать, холод стали исчез – он просто растекся и охватил все мое тело. В том, что происходило, было столько реальности, и в то же время все было нереальным.

Я осмотрелся. Мир вокруг моргнул.

Вокруг пылал старый, до боли знакомый и родной город. Разрушенные остовы зданий, груды коричневого кирпича, столбы черного дыма сливаются в низкие клубящиеся тучи на свинцово-сером небосводе, с которого падают объятые пламенем самолеты, бьют молнии и неистово хлещет ледяной дождь…

Странно… Как это странно – умирать… Как безумно интересно… Как прекрасно…

Когда вокруг стало светло и яркое солнце начало ощупывать своими лаковыми лучами мое израненное тело?… Не знаю. Не скажу точно. Уж как-то очень сильно я устал, сами собой закрылись глаза. Не заметил и не ощутил чьих-то бережных рук, аккуратно подхвативших мое осевшее и уже безвольное тело… А были ли эти руки? Мне просто вдруг стало уютно и хорошо. Я давно превратился в большого зверя с пепельной косматой гривой и, мурлыча, купался в волнах. Таких до боли знакомых и давно забытых…



Глава 6 Глава 8
Powered by php | Kalyaked by RIP